КРАСНОЯРСКИЙ КРАЙ, /НИА-КРАСНОЯРСК/. Ветеран СВО Елисей Обедин – командир штурмового взвода, рассказал, что испытал при ранении и о взаимовыручке на фронте.- Елисей, у вас редкое имя. Вас назвали так в честь кого-то из родственников?
- Меня назвала бабушка в честь пророка Елисея. Он был рождён 27 июля по нашему календарю, но ближайшая дата была 23 июля.
- Бабушка, которая работала у вас на телевидении и была звукорежиссёром. Елисей, вы из Красноярска.
- Всё верно.
- Где родились?
- Родился в октябрьском районе и живу в Академгородке, где жил всегда.
- Чем вы занимались и где работали до начала СВО, до вашего участия?
- Работал менеджером и учился. Так же помогал родителям по бизнесу. По итогу имел свой бизнес, занимался светодиодным освещением. Перед СВО в 2023 году его закрыл, и на следующий день подписал контракт вместе со своими друзьями.
- Елисей, вы говорите, что собрались со своими товарищами и решили вместе идти на СВО?
- Да.
- Это ваши друзья детства?
- Нет, это были знакомые, с которыми работал или пересекались, общались через знакомых.
- То есть мужская компания.
-Да, всё верно. Были ребята, которым было и 18 лет и те, кому за 40 лет.
- Сколько человек?
- Изначально было девять.
- Вы помните день, когда вы все собрались, созвонились и решили?
-Да, мы созванивались задолго до этого. Кто-то к нам постепенно подключался. Изначально было принято решение пойти туда. То есть это было озвучено в разговоре. По итогу решились четыре человека, потом подключились ещё ребята. Мы тренировались. За три месяца до того, как попасть на СВО изучали матчасть и технологию – как работать с дронами, с медициной. В штурмах я всегда имел личный дрон, который может посмотреть на 50-100 метров от меня лазейки и возможности прохода. Где-то поменять тактику, где-то применить нити.
- Личный дрон, это как?
- Карманный дрон, который лежал в кармане и запускался пультом в другом кармане. И, так же, телефон.
- Вы его привезли из дома?
- Один привёз из дома, другой мне отправил товарищ, который занимается гуманитарной помощью Александр Шестаков.
- У противника самый опасный дрон «Баба Яга»?
- Знаете, все дроны опасны. Они делятся на три категории. Если говорить о «Бабе Яге», это что-то большое летающее. Раньше, в новинку, использовалось только по ночам. Это минимально рискованная миссия для дрона, что бы его не сбили. В конце 2024 года их стали использовать в вечерние и утренние часы. Насколько знаю, сейчас связываясь со своими ребятами, их используют ежедневно – днём и ночью.
- Как вас готовили? Наверное, был полигон?
- В пересыльный пункт я ехал, как человек, разбирающийся в IT, по информационному пригласительному распоряжению. Но нас сагитировали в Юрге в 41-ю армию и сказали: если пойдёте в элитную штурмовую роту, у вас будет всё. Так мы и пошли.
-Ребята, с которыми вы пошли на СВО, вы были с ними всё время вместе или были на разных направлениях?
- Мы были вместе в одной бригаде, в одной роте. Четверо из нас стали сразу командирами взвода, я – чуть позже. Мы были всегда на связи и обменивались информацией.
- Насколько было важно, что ваши товарищи были там рядом?
- Знаете, это поддерживало моральный дух – быть друг за друга. Даже не то, что начинаешь думать за себя, а начинаешь переживать за ближнего. Даже если кто-то ранен, ты можешь себя сильно подставить, но помочь товарищу. Это важно! Также как мне помогли: была ситуация, что на мою эвакуацию собрали УАЗик там, где техника не ездит. То есть там, где её сильно подрывают. Но, благо – выехали. Нас было восемь человек.
- Вы сразу поняли, что с вами случилось?
- Да, я понял, что настал критический момент – меня гонял большой FPV-дрон. С каким-то самодельным боеприпасом нестандартных размеров. Это было что-то большое, вряд ли против людей, потому что площадь взрыва была несопоставима с обычным гранатомётным выстрелом, который обычно вещается на fpv.
- Что испытали: шок, боль?
- Понимание, что делаешь всё правильно, то есть, отстреливая его – я снял у него пару винтов, и он заходил на меня уже боком. Я понял, что нужно группироваться после самого взрыва. Понял, что нога и рука не работают. Потихоньку отполз в кустарник. Постарался себя перебинтовать и зажгутовать. Кто-то помог. Я был без «обезбола», потому что с утра отдал свой другим бригадам.
- То есть вы до ранения оказывали помощь своим товарищам?
- Да, когда выносил раненых. У меня боевая задача закончилась, когда закончились все птички и был истрачен весь боекомплект. Было не то, что бы сильно больно, но, думаю, это было шоковое состояние, потому что тогда по рации не дают заснуть от кровопотери. Есть даже видео, как меня везли – подбадривали, чтобы не заснул. Было холодно в декабре, и я пролежал на земле три часа. И это давало о себе знать.
- Что говорили ребята? «Братишка, держись!?»
- Можно сказать и так. Если считать те осколки, которые убрали у меня по прибытию в перевалочный пункт, я насчитал больше 250 мелких осколков. Какие-то из них перерубили нервы. Их сшили уже в Красноярске, но есть очень большое нарушение моторики. В том числе в правой руке и ноге. Левую руку и ногу я сумел восстановить, но спина ещё даёт о себе знать.
- Что случилось с вашими товарищами? Не все вернулись живыми?
- Верно. Не все вернулись живыми. Будем честны: не всем везёт попасть в «тихий омут» СВО. Кто-то хорошо с компьютерами общается. Я также, когда был в штурмовой роте, помогал и по компьютерам – по управлению и ребятам по отправке всех данных.
- Эти навыки в IT – откуда у вас?
- С детства сидел за компьютером.
- Играли?
- Не совсем.
- Ну, в том числе. Моторика – да. Моторика сильно развита не у всех молодых. Бывает сильно развита и в 40 лет. Я встречал даже 50-ти летних, кто умел управлять БПЛА. Отдельно могу рассказать про свою боевую подругу, которую здесь знал. Она была в добровольных формированиях. Девушка в 22 года была командиром взвода БПЛА. Недавно подписала контракт снова.
- То есть ваша подруга 22 лет из Красноярска является ветераном СВО!
- Расскажите, как вы стали командиром?
- Когда тренировал пацанов, с кем служил, командиры посчитали, что могу по тактике хорошо исполнять обязанности командира. И шёл в атаку со всеми ребятами – не боялся.
- За что получили награду?
- Медаль «За отвагу» получил за командира штурмового взвода. Была поставлена боевая задача после Авдеевки и коксо-химического завода, штурмовать первое село. ВСУ вывели остатки армии из клещей в которые мы взяли этот завод. И в боевой задаче в селе участвовала не только наша бригада, потому что видел там и другие бригады. Всем помогал. Даже когда моя бригада пошла на откат, остался и начал содействовать другим бригадам.
- Как встречало вас мирное население? Вы общались? Что люди говорили?
- Да, мирное население было радо. В Селидово оставшиеся люди были счастливы.
- Не все хотели эвакуироваться?
- Не все. Я насчитал порядка 100 с лишним человек жителей, когда зашёл в Селидово. Но это с небольшой территорией.
- Как происходит эвакуация людей с нашими солдатами? Кто-то ведь отказывается, и ничего не сделаешь?
- Знаете, ничего не сделаешь. У нас был старичок, который выдал очень смешную фразу: «Я здесь живу и кормлю здесь своих голубей!» Он остался. Мы, конечно, его подкармливали. Приносили сухпайки и воду. Он остался один.
- Елисей, вы сказали, что СВО вас изменило. Как изменило?
- Я стал по-другому смотреть на эту жизнь! Не знаю, как это правильно объяснить, но начал по-другому ценить жизнь. Она у нас одна и её надо прожить по максимуму, делая ежедневно максимальное количество того, что запланировано.
- Что сама себе пожелаете? Чего хочется?
- Крепкую семью и здоровья в своей семье!
- Присоединяюсь. Путь у вас всё будет хорошо: супруга, дети и здоровье. Главное – реабилитироваться и встать на ноги, что бы ничего не болело.
- Стараемся!
- Так и будет, поверьте. Огромное спасибо!
Беседовала Юлия Внукова, программа «Всё для победы!», ТК «Енисей».
