КРАСНОЯРСКИЙ КРАЙ, /НИА-КРАСНОЯРСК/. - Сергей, вы по образованию врач? Какая у вас специальность, специализация?- Базовое образование педиатрическое, специализация анестезиология-реанимация. После этого я покинул медицину.
- Почему?
- Тогда были не очень хорошие зарплаты, а нужно было содержать семью. Молодого врача нужно содержать лет до 30, после этого он может зарабатывать вполне самостоятельно.
- Какие это были годы?
- Это было начало 2000-х годов.
- Как попали на СВО?
- С момента начала СВО у меня возникло ощущение, что должен туда поехать и вложить свой труд. Что бы СВО закончилось как можно скорее. При этом я долго себя отговаривал, что есть специалисты - профессиональные военные, которые, скорее всего, с этой задачей справятся. Но СВО сначала шла достаточно интенсивно, и, казалось бы, вот-вот, закончится.
В октябре 2022 года я пришёл в военкомат и спросил, нужны ли медики на СВО? Мне ответили, что медики нужны. Сказали пройти комиссию, после этого был заключён контракт. Всё это немного затянулось. В итоге, в декабре сдал все документы, написал рапорт. И в январе 2023 года меня отправили в юргинскую мотострелковую бригаду в качестве санинструктора. После поступления на службу мне предложили, в связи с тем, что есть высшее медицинское образование, получить офицерское звание и стать врачом медицинской роты. Я это предложение принял. Меня сразу же отправили работать в артиллерию, туда на полигон приходили первые роты, так называемые «Шторм Z». С одной из этих рот мне предложили перейти в штурмовой отряд, и я с ними убыл в Кременную в ДНР.
- Вы закончили медицинский вуз, потом СВО. Что было между вузом и началом СВО? Чем занимались?
- Какое-то время я был предпринимателем, потом работал по найму, после этого убедился, что всё-таки хочу быть предпринимателем и с 2016 года полностью сменил сферу деятельности, я ушёл в пчеловодство. Это мой профессиональный доход на сегодняшний день. Больше ничем, кроме пчеловодства не занимаюсь.
- Обычно, на уроках мужества, ребятишки задают детский наивный, но, на самом деле серьёзный вопрос: «Сколько людей ты убил?» Хочу вас спросить - сколько жизней вы спасли?
- Это невозможно посчитать и, как бы… В зависимости от интенсивности, в день наша команда могла работать как с одним раненым, так и с 50-ю. Ситуация бывала абсолютно разная. Зависит от того, на какой точке эвакуации ты находишься.
- Что входило в ваши функции и задачи, как врача, что вы делали?
- Напомню, что начинал с санитара. Входило всё, и даже когда я был врачом в составе эвакогруппы, я также таскал носилки с ранеными. Но я управлял процессом эвакуации – был старшим группы. Я отдавал приказы, что бы мы сделали задачу так, как нам нужно сделать в меняющихся условиях. Они могли поменяться в любой момент. Группа у нас маленькая, три человека: водитель, санитар и я. Наша задача – очень быстро погрузить раненых, в том числе лежачих, в кузов автомобиля. Работали на УАЗике. В него входило, я вас удивлю, может быть, порядка 16 человек, включая двух лежачих. Надо было быстро погрузить, потому что точки эвакуации – это бывшая территория противника. Он хорошо ориентируется, у него всё уже наведено. Задача только получить разведданные из «птицы» и начать работать по этим точкам. Поэтому мы постоянно меняли точки, с которых собираем раненых, и время. То есть оно у нас не было постоянным, чтобы нас не ждали. Или у противника было меньше времени подготовиться к огню. Мы быстро оттуда уезжали. Чем осложнялась задача? Тем, что ехали с минимальным освещением, что бы себя не выдавать. На дороге постоянно возникали непредвиденные факторы. Дорога узкая, часто идёт по болоту. Перед нами мог кто-то ехать, технику могли поджечь, она стояла и мешала проехать. У нас были такие ситуации. Бросать машину идти за ранеными не вариант, иногда их нужно было нести 1,5 километра. Поэтому искали разные способы. Осуществляли ночную эвакуацию техники через нашего инженера. Выходили на главного механика бригады, что бы он мог обеспечить техникой, что бы выдернуть с дороги сгоревшую машину, что бы мы могли проехать - увезти туда боекомплект, и забрать обратно раненых и убитых.
- Если можно так выразиться, сколько длилась рабочая смена? Или это был нон-стоп 24/7?
- По-разному. В зависимости от того, сколько раненых. Работали, пока всех не вывезем.
- С мирным населением вы не работали?
- Работали. Обязательно. И это второе удивление. Когда заканчивался штурм деревни или города, вдруг выяснялось, что там много местных. Могли быть десятки или сотни людей. Понимаете, мы централизовано снабжались одеждой, питанием, топливом. В том числе получали зарплату и могли что-то купить, если нам не хватает. Представьте себе человека в деревеньке или в городе, которого никто не снабжает. Он полностью отрезан со всех сторон. И он пытался выжить в подвальном помещении, подчёркиваю, без отопления. За счёт тёплых вещей. Этих людей потом мы собирали и эвакуировали в Донецк.
- Может быть, чья-то история вас особенно потрясла и запомнилась?
- Они все душещипательные. Ты видишь в основном пожилых людей, которые страдали неделями или месяцами, которые плачут, голодные и холодные. И, наконец-то, для них на этом этапе всё заканчивается. И они отправляются туда, где тепло, где их накормят, о них позаботятся. Многие, пока в подвалах находились, погибали от обстрелов, заболеваний. Зима там не тёплая. Температуры могут падать до -15С -18С. В общем, очень тяжёлая обстановка. Одна история: пришла к нам бабушка, попросила эвакуироваться. Мы ей помогли, она плачет. Спрашиваем: «Чего плачете?». Она: «Прилетел снаряд, телёнка убило и корову». Она плакала, как будто потеряла кого-то близкого. Потому что была надежда. Она одна-одинёшенька. Она плакала, как ребёнок.
- Знаю, что ваш родной брат, вслед за вами отправился на СВО?
- Да, мой брат сделал свой выбор – защищать Родину. Он подписал контракт в 2024 году. Его прикомандировали к 114-й бригаде – это донецкая бригада. Они пошли на точку и попали под жёсткий миномётный артобстрел. И мой брат погиб при выполнении первой же задачи. Тело доставили в Новосибирск и там кремировали. Прах развеяли над Енисеем. Как он хотел.
- Каким был ваш брат?
- Ни я, ни он не думали, что пойдём на СВО. Никогда! Если бы мне ранее кто-то сказал, что я пойду на СВО, на войну, я бы не поверил. Потому что считал себя гражданским человеком, не имеющим отношения к военной службе. И он точно так же. У нас много родственников на Украине. Всё это немного усугубляло ситуацию. Но решение нами было принято пойти и работать, потому что наше дело правое.
- Вы человек семейный.
- Да.
- Как отнеслась семья?
- Жена очень мудрый человек. Она стоически приняла моё решение, хотя тихонько плакала. Прекрасно понимая, что если такое решение принимает мужчина, то свернуть его с этого решения невозможно, она даже не пыталась. И опять-таки, если идти на войну, надо понимать, что ты оттуда можешь не вернуться.
- А вы часто об этом думали? Мысль страшная?
- Да, каждый день. Мысль абсолютно не страшная. Так проще работать. Потому что если ты будешь хотеть выжить любыми способами, то можно наделать глупостей. А если понимаешь, что готов отдать жизнь в процессе выполнения боевой задачи, то это нормально.
- Откуда это у вас? Вас так воспитали родители?
- Я не знаю откуда. Это в человеке либо есть, либо нет. Там много таких. Думаете, я один такой? Там почти все такие. У нас однажды загорелась машина. И нам нужно было срочно разгрузить лежачих, что бы они не сгорели вместе с машиной. Водитель побежал тушить машину, мы побежали разгружать. Хорошо, что водитель потушил машину. Потому что там возникла бы очень тяжёлая ситуация. Нигде не было укрытий. Мы наехали на какой-то старый боеприпас, и он загорелся, а не взорвался, слава богу. И загорелся двигатель. И вот там мы за ночь, по-моему, два или три раза загружали и выгружали, потому что начался обстрел. Мы выгрузили, машину поставили в сторону, потому что ждали окончания. И они уже концу просили – увезите нас куда-нибудь! Тяжело. Представьте, кровопотеря, холодно. Раненые были накрыты просто спальниками. Им было холодно.
- Какая удивительная у вас судьба! Вы выбрали профессию врача, потом ушли в бизнес. Проходит время, объявляют СВО, и вы добровольцем едете спасать жизни наших ребят!
- Да, однозначно. Я, в своё время, не пошёл на военную кафедру, посчитал это ненужной тратой времени. Тем более, что всё это было в упрощённом виде. Проходило возле института. Меня кто-то спросил: «Почему ты не хочешь на военку?». Ответил: «Все знают, что войны уже не будет». Началось мирное время, Недавно пережили вторую мировую войну. Я ответил, что если всё-таки война начнётся, меня призовут, дадут лейтенанта, буду работать где-нибудь медиком. Не знаю, что это было.
- Сергей, огромное спасибо за интервью, была рада с вами пообщаться. Желаю от всей души всего самого доброго, хорошего
Беседовала Юлия Внукова, передача «Всё для Победы», ТК «Енисей».
